[Greek] Printer-friendly version
The Ecumenical Patriarch
The Ecumenical Patriarchate
Bishops of the Throne
List of Patriarchs
Other Orhodox Churches
Theological and various articles
Ecological activities
Youth ministry
Interchristian relations
Conferences
Photo gallery
Holy Monasteries and Churches
Creed
Icons
Byzantine music
Contact details

Home page
Home page

ВСТУПИТЕЛЬНАЯ РЕЧЬ
ЕГО БОЖЕСТВЕННЕЙШЕГО ВСЕСВЯТЕЙШЕСТВА
ВСЕЛЕНСКОГО ПАТРИАРХА
КИРА В А Р Ф О Л О М Е Я
НА ОТКРЫТИИ ЗАСЕДАНИЯ
СВЯТОГО И ВЕЛИКОГО СОБОРА
(20 июня 2016 года)

Back
Back

«Языцы иногда размесишася, дерзости ради столпотворения, языцы же ныне умудришася, славы ради боговедения. Тамо осуди нечестивыя погрешением, зде просветил есть Христос рыбари Духом. Тогда упразднися безгласие к мучению, ныне обновляется согласие ко спасению душ наших».

(Стихира на «Славу» Вечерни Пятидесятницы)

Блаженнейшие, Преосвященнейшие и Боговозлюбленнейшие святые братья, составляющие Святой и Великий сей Собор нашей Святейшей Православной Церкви, и все присутствующие здесь на открытии сего заседания!

Хвалу и славословие воссылаем мы в Троице трисвятому Богу нашему, сподобившему нас собраться здесь на Собор в эти дни Пятидесятницы, для свершения дела великого и священного, касающегося самой природы Церкви Христовой: «Церковью называется же соединение, собрание», по словам златоглаголивого Отца (Иоанн Златоуст, Толкование на Псалом 149-й, Ι).

Так, братья, соборный институт, которому сегодня мы призваны служить в его высшей форме, коренится в глубинах тайны Церкви.  Речь идёт не только о каноническом предании, которое мы восприняли и храним, но об основополагающей богословской и догматической истине, без которой невозможно спасение. Исповедуя веру нашу в Священном Символе «в Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь», мы провозглашаем вместе с тем и её соборность, которая воплощает в истории все таковые свойства тайны Церкви, каковыми являются единство, святость, соборность и апостольность её. Без соборности единство Церкви рушится, святость членов её становится простой индивидуалистической моралью и аретологией, соборность приносится в жертву ради частных, коллективных, национальных и прочих мирских интересов и стремлений, и апостольская проповедь становится добычей различных ересей и заблуждений человеческого интеллекта.

В связи с этим, не случайно и неспроста с самого начала соборность пронизывает собою все фундаментальные аспекты жизни Церкви, от местного до вселенского её проявления. Уже Апостол Павел в Первом Послании к Коринфянам (гл. 11) отождествляет Церковь с «собранием ради того», чтобы совершать Божественную Евхаристию. Церковь как Тело Христово является одновременно и «общением Святого Духа» (2 Кор. 13, 13), «полнотой Наполняющего всё во всём» (Ефес. 1, 23). Никто не спасается сам по себе, но только как член Тела Церкви, в органичной связи и общении с другими. На этой основе построена соборность Церкви. Церковь по самой своей природе «соборна», поскольку является «Телом Христовым» и «общением Духа Святого», Который «весь собирает собор церковный», как поётся в великий Праздник Пятидесятницы.

Обладая глубоким осознанием сей богословской истины, Церковь изначально применяла соборное установление как средство поиска и формулирования истины в назревших спорах и сомнениях, угрожавшие её единству. Ещё во времена Апостолов серьёзно угрожавший единству Церкви конфликт относительно того, как принимать христиан из язычников в Тело Церкви, был преодолён благодаря созыву Апостольского Собора, о котором повествует Евангелист Лука в Деяниях Святых Апостолов. Примечательно, что решения Собора сего рассматривались изначально как богодухновенные, носящие печать Духа Святого: «изволися Духу Святому и нам» (Деян. 15, 28). Потому решения эти являлись обязательными для всех членов Церкви, а те, кто отказался их принять, как иудействующие, остались вне Церкви, и в конченом счёте исчезли, превратившись в различные еретические секты.

Следуя прообразу Апостольского Собора и вдохновлённая сознанием, что она есть Тело Христово и общение Святого Духа, древняя Церковь учредила институт соборности в качестве верховного и последнего судьи своей жизни, не только в чрезвычайных обстоятельствах споров и конфликтов, но и когда речь идёт о способе управления ею на постоянной основе. Таким образом, Первый Вселенский Собор учредил проведение соборов дважды в год (Правило 5) с целью урегулирования споров между членами Церкви, епископами и другими священнослужителями, и через ряд последующих поместных синодов определил способ управления Церковью установив священные правила, которые с того времени являются законом Церкви. С тех пор, как по административным вопросам, так и по вопросам веры, только соборные решения имеют юридическую силу и авторитет для членов Церкви, а не позиции и мнения отдельных лиц или всякого рода групп.

Соборный строй представляет собой не только верховную инстанцию в плане жизни и веры членов Церкви, но и является очевидным связующим звеном в общении Поместных Церквей  как на местном, так и на всемирном уровне. Развившаяся  в древней Церкви система митрополий и патриархий основывалась на соборности, как постановляет 34-е Апостольское Правило, согласно которому в каждой епархии или в более обширной географической области все епископы должны были решать вопросы всегда в присутствии «первого» из них,  предводителя и «главы» их, который должен был всегда решать и действовать в согласии с ними. Это золотое правило соборности с тех пор определяет и понимание первенства в нашей Православной Церкви, которое является образцом для всех христианских церквей и исповеданий.

Однако единство Церкви не заканчивается на поместном или региональном уровнях. Церковь есть единое тело во всем мире, объединённое в одной вере, в одной Божественной Евхаристии и таинственной жизни, и потому нуждается в соборности и на вселенском уровне. Эту необходимость выражают и удовлетворяют Вселенские Соборы, которые созывались, когда возникала необходимость в обеспечении единства всех Поместных Церквей и на вселенском уровне, как по вопросам веры, так и по вопросам управления и пастырской заботы. Эти Соборы, представляя все Поместные Церкви по всей вселенной и будучи признаваемыми ими, являлись и являются верховным авторитетом в Церкви, обеспечивая таким образом ее единство.

На вселенском уровне, это единство Церкви не должным образом было поколеблено, когда Римская Церковь в XI-ом веке прервала  евхаристическое общение сначала с Константинопольской Церковью, а затем со всеми прочими Патриархатами Востока. Этот разрыв, помимо других серьёзных ран, нанесённых телу Церкви, привёл к одностороннему и независимому применению соборности н Западе и на Востоке. Наша Святейшая Православная Церковь, несмотря на тяжелейшие исторические условия, в которых она жила всё второе тысячелетие по Рождеству Христову, осталась верной применению соборности как на поместном и региональном уровне, так и в более широком масштабе, когда возникала такая необходимость. В XIV-ом веке в Константинополе созывались Соборы по вопросу исихазма и богословия Свт. Григория Паламы, в этом же граде Соборы – в 1638, 1672, 1691, 1727, 1838, 1872, 1895 и др. годы, в Яссах Собор 1642 года, энциклики Православных Восточных Патриархов в 1716/25 годы и в 1848 год - все они свидетельствуют о том, что несмотря на внешние трудности, Православная Церковь никогда не прекращала свою соборную деятельность и на всеправославном уровне.

В этом же духе Вселенская Патриархия, которой по канонической ответственности принадлежит роль гаранта единства Православной Церкви, первенствовала и председательствовала на всех вышеупомянутых Соборах, уже в начале XX-го века предпринимала попытки созвать Всеправославный Собор, в результате чего состоялось на Святой Горе в 1930 году Первое Предсоборное Совещание. Однако опять же известные исторические обстоятельства помешали этому. Эти усилия возобновил приснопамятный предшественник наш Вселенский Патриарх Афинагор по окончании Второй Мировой войны, когда на Всеправославных Совещаниях на Родосе в 1961, 1963 и 1964 годах было решено созвать настоящий Святой и Великий Собор, который, благодатью Божией, мы открываем сегодня. Длительная задержка c проведением этого Собора произошла в связи с возникшими за эти годы историческими обстоятельствами, что сделало ещё более необходимым и неотложным проведение Собора.

Некоторые люди мысленно задаются вопросом, продиктованным недоброй волей, которую культивируют некоторые братья: зачем нужен настоящий Собор и какие цели он преследует? Всем таковым отвечаем в любви:

1) Как мы говорили выше, соборность есть проявление и выражение самого таинства Церкви. «Собрание ради сего» является характерной чертой природы Церкви. Только непреодолимые исторические обстоятельства могут служить оправданием бездействию соборного института на каком бы то ни было уровне, включая и вселенский. Православная Церковь, которая неоднократно оказывалась пред лицом таких обстоятельств в последние годы, откладывала тогда на отдалённое будущее созыв Всеправославного Собора, однако никакое внешнее историческое событие не может сегодня стать оправданием для такой отсрочки. Потому мы несём ответственность пред Богом и историей, если отложим и далее созыв Великого сего Собора.

2) Созыв настоящего Собора диктуется необходимостью урегулирования в том числе и внутренних вопросов Православной Церкви. Они возникали главным образом из-за системы канонического устроения нашей Церкви, состоящей из Автокефальных Церквей, каждая из которых считает себя в своих пределах свободной регулировать внутренние вопросы, принимая собственные решения, что иногда усложняет свидетельство Церкви в современном мире «едиными усты и единым сердцем», и порождает недоразумения и трения, которые омрачают образ этого единства. Система Автокефалии берет начало в древней Церкви, сформированной из пяти древних Престолов, каковыми были Рим, Константинополь, Александрия, Антиохия и Иерусалим, называемых Пентархией (Пятиначалием), согласие которых было par excellence доказательством единства Церкви, выражавшегося через Соборы. После разрыва общения между Престолом Древнего Рима и Престолами Востока, в Право-славной Церкви возникли ещё и другие Патриархии и Автокефальные Церкви, признание установления которых было вынесено на грядущий Вселенский Собор, дабы окончательно утвердилось настоящее каноническое устройство Святейшей нашей Церкви.

Однако, хотя и таковое устроение является каноничным и экклезиологически правильным, опасность превращения её в некий вид «федерации Церквей», каждая из которых продвигает свои интересы и стремления, не всегда чисто церковные по своей сущности, диктует необходимость применения соборности. Атрофия Соборного института на всеправославном уровне, способствует  культивированию чувства самодостаточности в отдельных Церквах, приводящего их к интровертным и эгоистичным тенденциям, когда возникает ощущение «нужды в тебе не имею», что осуждает Апостол Павел, обращаясь к Коринфянам (1 Кор. 12,  21). Если институт соборности в целом является необходимым для жизни Церкви, то система Автокефалии делает его, более того, необходимым для обеспечения и выражения этого единства.

3) Необходимость созыва настоящего Собора продиктована также и тем, что за последние годы возникли новые проблемы, требующие выработки некоего общего курса и позиции поместных Православных Церквей. Явление Православной Диаспоры приняло небывалые масштабы, неслыханные ни в прошлом, ни в настоящем веке, благодаря резкому увеличению числа эмигрантов из православных земель в западные страны, нуждающихся в пастырском окормлении. Это привело к известному всем, не совсем каноническому, положению, когда существует более одного епископа в одном и том же городе и области, что вызывает у многих смущение, как внутри, так и вне Православной Церкви. Проблема эта  может быть решена не иначе, как только через всеправославное соборное постановление.

4) Другой вопрос, который назрел в прошедшее столетие и продолжает существовать, связан с ростом усилий по восстановлению единства христиан через так называемое «Экуменическое движение». Участие православных в этих усилиях имело место на основании решений, которые были приняты или каждой Автокефальной Церковью, или на межправославных совещаниях. В силу своей значимости, эта тема также должна быть всецело рассмотрена на Святом и Великом Соборе для формулирования подлинным образом единой позиции по этому положению Православной Церкви.

Однако и другие вопросы, возникшие главным образом в последние годы  и нуждающиеся в соборном решении, сделали необходимым созыв сего Собора. Они касаются внутренней жизни и организации нашей  Церкви,  по которым существуют споры и разногласия между отдельными Церквями, порой угрожая миру между ними, как, например, способ провозглашения автокефалии и автономии какой-либо Церкви. Эти вопросы, также как и другие вопросы пастырского характера, рассмотрение которых в свете вызовов, стоящих пред лицом современного мира, представляется настоятельно необходимым, привели принимавших решение о созыве Святого и Великого Собора к разработке соответствующей тематики, которая была подготовлена и передана нам уполномоченными Комиссиями и Предсоборными совещаниями.

Безусловно, нам известно, что современного человека занимают иные проблемы, касающиеся его повседневной жизни, – такие как вопрос его отношения с ближним, отношение к окружающей природной среде и к самому Богу и Церкви. Стремительный прогресс науки и технологии и проистекающие из этого биоэтические и духовные вопросы, вызов секуляризации и разрушение традиционных социальных ценностей, конфликты и войны, приносящие бедствия для людей, и помимо этого, экзистенциальные проблемы современного человека ¬– не могут оставить безучастной Православную Церковь, которая призвана возвещать евангельское слово с целью их решения. Настоящий Святой и Великий Собор коснётся этих проблем в своём «Послании миру» по окончании своей работы. Однако главное дело его ограничено ранее рассмотренной тематикой, затрагивающей внутренние церковные вопросы. И потому, прежде чем адресовать своё слово миру и приступить к занимающим его проблемам, Церковь должна навести порядок в своих внутренних делах, чтобы слово её было достоверным и проистекало из одной и во всех единой Церкви. Между прочим, давайте не будем забывать, что наше намерение таково, чтобы за этим Собором, с Божией помощью, последовали и другие такие же Соборы, задающиеся целью вникнуть в вышеизложенные и другие животрепещущие проблемы.

Смысл и значение настоящего Собора заключается прежде всего в самом факте, благодатью Божией, проведения его после стольких веков, когда это было невозможным. Даже одного этого было бы достаточно, чтобы он был причислен к величайшим событиям в истории Церкви.

Имея это в виду, настоящий Святой и Великий Собор нашей Святейшей Православной Церкви призван сегодня приступить к работе. Дело это не только крайне важное, но и чрезвычайно тяжёлое, и поэтому тщательно готовилось в течении долгого ряда лет с величайшим вниманием и многим трудом. Поэтому мы считаем своим долгом выразить признательность, удовлетворённость и одобрение Церкви всем трудившимся и доведшим до конца эту работу, как уже ушедшим ко Господу, об упокоении которых мы молились в прошлую Родительскую субботу за Божественной Литургией, так и живущим, большинство из которых находятся сегодня в этот час посреди нас и каждого из которых мы лично лобызаем по-братски со многою любовию и честью.

Плодом этого долгого и трудного процесса подготовки являются Документы, сформулированные, одобренные, подписанные после долгих дискуссий и представленные сему священному собранию для окончательного утверждения, дабы они явились решениями Святого и Великого собора. Напомним и подчеркнём, что эти Документы были уже единогласно приняты большинством уполномоченных представителей всех Православных Церквей, чтобы избежать расхождений и напряжённости на заседаниях Собора и способствовать завершению его работы в установленные временные сроки.

Безусловно, мы знаем, что эти Документы не содержат в себе, как хотелось бы, все позиции и мнения всех и каждого из вас. И поэтому естественно они не смогут удовлетворить всех вполне, но давайте не будем забывать, что эти Документы были составлены представителями всех четырнадцати Церквей, каждая из которых согласилась с их содержанием. Потому мы и призваны здесь к тому, чтобы каждый из нас проявил понимание и уважение к любой возникающей невозможности со стороны других членов Собора одобрить внесённые поправки, не настаивая на всеобщем их принятии, чтобы не создавать угрозы единству Церкви.

Приступим, поэтому, к нашей работе на основании единогласно утверждённых всеми Церквами Документов, которые уже приняты каждой из них. Это, безусловно, никоим образом не налагает ограничений на настоящий Собор, который вправе внести поправки в Документы, руководствуясь обоснованными предложениями любого из членов Собора лично. Однако мы особо подчёркиваем: никакая поправка в тексты уже единогласно утверждённых Документов не будет иметь силу, если она не будет принята всеми участвующими Святейшими Православными Церквами. Это диктуется принципом консенсуса, который мы все приняли. Если поправка, предлагаемая одним или несколькими членами священного сего собрания, вызовет неодобрение одной или более Церквей, то она будет отклонена, и Документ останется в изначально утверждённой форме, одобренный и подписанный всеми членами собрания. Одобрив принцип консенсуса при принятии решений Собора, мы тем самым признаём его и при утверждении тех или иных предложенных нами поправок, то есть только при согласии с ними всех Сестёр-Церквей.

Несмотря на то, что всё это, мы уверены, всем вам известно, мы считаем нашим долгом здесь напомнить об этом, чтобы  избежать какого бы то ни было недоразумения на протяжении заседаний Собора. Весь процесс работы священного собрания происходит согласно одобренному нашими Церквами Регламенту, который мы просим тщательно изучить и в точности выполнять во время нашей работы. Председатель, отвечая за соблюдение Регламента во всех его деталях, будет заботиться о том, чтобы он неукоснительно соблюдался всеми членами священного собрания.
* * *
И теперь, возлюбленные во Христе братия, обратим слух наш к Утешителю, внемля тому, «что говорит Дух Церквам» (Откр. 2, 7) ибо «для этого» мы и собрались.

Святейшая Церковь, членами которой, благодатью Божией, мы являемся, есть Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь которую мы исповедуем в Символе веры как единственный ковчег спасения. Эта Церковь есть Тело Христово, проявляющееся исключительно «в преломлении хлеба» (см. Деян. 2, 42), иными словами, в таинстве Божественной Евхаристии, как утверждает Святой Николай Кавасила, когда пишет в связи с этим: «Если кто сможет увидеть Христову Церковь, то узрит не что иное как только Тело Господне». Потому он считает, что «знамение Церкви – в таинствах (в Евхаристии: «и Тело же и Кровь Христа суть таинства» (Изъяснение на Бож. Литургию, 38. P.G. 150, 452D). Потому, Утешитель призывает нас прежде всего хранить наше единство в общении таинств как зеницу ока, избегая всего, что может вызвать раскол в Церкви.
Поскольку, как говорит святой Отец,  «ничто так не печалит Бога, как разделение церкви… Даже мученическая кровь не может изгладить этот грех» (Святой Иоанн Златоуст. Толкование на послание к Ефессянам, Глава 11. PG 62, 85). Настоящий Собор, начиная и завершая свою работу совершением великого таинства Евхаристии, тем самым провозглашает, что верховная цель его ¬– это подтверждение единства нашего «в таинствах» и удержание и сохранение его всеми возможными силами.

Однако единство нашей Церкви заключается и в нашей общей вере, «однажды преданной святым» (Иуд. 3). Эту веру мы исповедуем в святом Символе веры как во время крещения, так и во время Божественной Евхаристии и епископской хиротонии, поскольку мы, епископы, являемся хранителями её. Для Православной нашей Церкви эта вера основывается на Святом Писании, как его понимали, толковали и сформулировали богоносные Отцы Церкви, когда сходились на Вселенские соборы, сделав его нерушимым принципом единства в Таинствах.

Таким образом выраженная и сформулированная вера наша непогрешимо толкуется и выражается только соборно Церковью. К сожалению, в наши дни возникло явление, когда некоторые группы или отдельные лица претендуют на непогрешимость в толковании Отцов и Православной веры, провозглашая  «еретиками» всех тех, кто с ними не согласен, и возмущают верующий народ, обращая иногда и против своих канонических пастырей. В такой атмосфере, которая может быть крайне опасной для единства Церкви, как правило, забывают, что грань между ересью и Православием определяется только соборно, как в отношении старых, так и новых учений. Никто, кроме священных Соборов, не может провозгласить мнения или положения еретическими, претендуя тем самым на собственную непогрешимость.

Единство Церкви в Божественной Евхаристии и в Православной вере, которое настоящий Собор намерен утвердить и подчеркнуть, неразрывно связано и с другим аспектом: каноническим. Ни одна Божественная Евхаристия не является действительной и не несёт Божественную Благодать и спасение, если она не совершается от имени канонического епископа и канонически рукоположенным духовенством. И никакое исповедание веры, каким бы православным оно ни было, не принимается Богом и не обладает какой-либо ценностью, если она «раскалывает» Церковь: «Разделять Церковь впавшим в ересь – не малое есть зло», согласно Златоусту (Толкование на послание к Ефес. 12, P.G. 62,87). Потому и Второй Вселенский Собор относит к той же самой категории, что и еретиков, и «тех, которые хотя притворяются, будто веру нашу исповедуют здраво, но которые отделились, и собирают собрания против наших правильно поставленных епископов».  (Правило 6).

Таким образом, единство, которого требует от нас через Собор сей Утешитель, является трисоставным: единство в Таинствах, в вере и в каноническом устроении Церкви. Три сих аспекта – взаимодополняющие, и ни один из них не может существовать без других. Все сие пронизывает и соединяет любовь, «которая есть союз совершенства», и мир, к которому мы призваны «в единое тело» (Кол. 3, 15) снисходя друг ко другу любовью (Ефес. 4, 2) «стараясь сохранять единство духа в союзе мира» (Ефес. 4, 3). И через настоящий Собор мы призываемся хранить, домоустроять и провозглашать единство во Христе, дарованное нам Утешителем во славу Бога Отца.

Однако, заботясь должным образом о единстве нашей Церкви, мы не должны забывать, что в святой и великий день Пятидесятницы Христос «егда же огненные языки раздаяше в соединение вся призва» (Кондак Пятидесятницы). Было бы большой ошибкой, если в своём попечении о внутреннем нашем единстве в Православной Церкви, мы проявили бы безразличие к тому, что многие исповедующие веру во Христа не находятся в полноте общения с нами – исповедующие пусть и не правильно и не здраво, но, тем не менее, ищущие истину и единство с нами, готовые к диалогу с нами со всякой искренностью и любовью о разделяющих нас вопросах. Православная Церковь всегда была и остаётся готовой ко всякому усилию к достижению единства верующих во Христа, никоим образом не отступая от веры, переданной нам Отцами. Потому настоящий Святой и Великий Собор включил в повестку дня и отношения с теми христианами, кто находится вне Православной Церкви, приветствуя со многою любовью и честью их присутствие среди нас как наблюдателей, приглашённых на настоящее официальное открытие нашей работы.

Голос Утешителя, призывая всех к единству, призывает и нас направить взор наш и распахнуть сердца наши всем людям, вникнуть с любовью в занимающие их жизненные проблемы, благовествуя мир и любовь ближним и дальним. Церковь существует не для себя, но для всего мира и его спасения, имея главою Своею «Рождённого прежде всякой твари» Христа, в котором и посредством Которого Бог соблаговолил «примирить с Собою все, умиротворив через кровь Креста его, и земное и небесное» (см. Кол. 1, 16, 20). Также и Собор собирается не для себя, но для всего народа Божия, для всего мира (Ал. Пападерос).

Таким образом, сошедшаяся на Собор Церковь является, в более широком плане, и миссионерской, то есть – «ориентированной на внешний мир», «идущей во все народы» (см. Матф. 28, 19) ради того, чтобы принести любовь Христову каждому человеку, участвуя в исторических переменах как «знамение язычникам» (Ис. 11, 12) грядушего Царства Божия, не сообразуясь веку сему (см. Рим. 12, 2), но и не отказываясь взять на рамена свои разнообразные кресты всех людей, проповедуя Воскресение. Работая на Соборе «дверям затворённым» (Ин. 20, 19), и ожидая, что придёт Иисус посреди нас, принеся нам мир Его и Дух Святой, будем всегда носить в сознании, что окружающие сей зал стены прозрачны, и мир тоже ожидает услышать из уст наших, «что Дух глаголет Церквам» (Откр. 2, 7). Наши решения должны донести до всех громкое послание, что Церковь наша, несмотря на то, что она разбросана по всему миру, пребывает нерушимо единой, призывая через Утешителя всех к единству.

Досточтимые и возлюбленные в Господе братья,

«Мы празднуем Пятидесятницу, пришествие Духа, окончательное совершение обетования, исполнение надежды, таинство, и причём столь великое и досточтимое» (Григорий Богослов. Слово 41, На Пятидесятницу, 5, P.G. 36, 436B).

Велико и досточтимо таинство Пятидесятницы по многим причинам, но особенно по следующей, как её представляет Свящ. Златоуст:

«Так как они (ученики) слышали повеление Господа: шедше научите вся языки (Матф. XXVIII, 19), но еще недоумевали и не знали, куда каждому из них должно направиться и в какой стране вселенной нужно проповедовать учение, — то приходит Дух Святый в виде языков, отделяя каждому из них страны учительства во вселенной, и данным языком как бы на некоторой скрижали обозначая каждому предел вверенного ему начальства и учительства… И совершилось дело новое и дивное: как тогда в древности, языки разделили вселенную и расторгли злое согласие, так ныне языки соединили вселенную и бывшее разделённым привели в единомыслие» (На Пятидесятницу. Слово 2 P.G. 50, 467).

Велико таинство Пятидесятницы, но велика и тайна Церкви Христовой! Единство её не подавляет разнообразие и самобытность культур: каждый слышит слово Божие «на своём наречии» (Деян. 2, 7). Потому Церковь, хотя и едина по всей вселенной, состоит при этом из многих Церквей, почитая языковые и другие особенности местных народов, в многих случаях способствуя их развитию и становлению.

Благодаря разнообразию языков и поместных культур, Церковь во вселенной «разделяется» на области-юрисдикции (букв. «климат»), пишет священный Отец, с точностью описывая каноническое домоустройство Церкви. Это определение «клима» восприняла и использует наша Церковь в своей канонической терминологии, будучи приверженной принципу точно установленных границ каждой из юрисдикций.
Однако хотя юрисдикций много, вселенная одна. Разнообразие языков и культур принесло, как некогда в прошлом, разделение людей, и продолжает угрожать их единомыслию. Церковь, как прообраз единства, обязана всегда заботиться о том, чтобы «различие» не приводило бы к «разделению», – потому, согласно Св. Максиму Исповеднику, мы и «устанавливаем пределы» (см. Письмо 12, P. G. 91, 469), – но и чтобы единство не стёрло различий.

В этом как раз и состоит смысл и значение института, которому мы сегодня призваны служить, сойдясь на сей Собор. Каждая Церковь и каждый из нас призваны внести свой вклад, выразив свои позиции, но не навязывая их. Мы призваны не только говорить, но и слушать. Мы призваны к созиданию единства Церкви Христовой.
Принимаясь за дело со страхом Божиим и верою и любовью, с осознанием предлежащей нам ответственности и нашей человеческой немощи, мы обращаемся вместе с Песнопевцем, ко Господу и Богу нашему, умоляя Его:

«Приближися нам, приближися везде Сый,
якоже со апостолы Твоими всегда еси,
сице и Тебе желающим
соедини Себе Щедре:
да совокуплени Тебе поем,
и славословим Всесвятаго Духа Твоего»
Аминь!
(Романа, Икос Утрени Недели Пятидесятницы)

Мы выражаем нашу печаль,  и печаль, как мы уверены, всего священного сего собрания, в связи с отсутствием среди нас братской Болгарской Церкви, известившей нас об этом 2-го числа текущего месяца, хотя ранее она известила нас о своём участии и, более того, – представила список имён сопровождающих её Блаженнейшего Предстоятеля. Потому мы были неприятно удивлены их поздним, в последнюю минуту решением о неучастии, при том, что эта Сестра-Церковь принимала участие во всех этапах подготовки Святого и Великого Собора нашего, вплоть до Священного Собрания Предстоятелей в январе этого года, и потому имела все возможности поставить все вопросы, на которые она ныне ссылается в оправдание своего неучастия, и потребовать их решения или вынести их на соборную консультацию и рассмотрение. Ни того, ни другого сделано не было. И нам нечего добавить, оставив случившееся на суд прочих Сестёр-Церквей и истории.